Даниил Хачатуров нагрел госбанк «Открытие» и «Росгосстрах» на 2,5 миллиарда рублей

Компания «Росгосстрах», с 2017 года принадлежащая государству, как выяснилось, с этого же времени не владеет товарным знаком «Росгосстрах» — под этим брендом действует частная компания «Капитал Лайф Страхование жизни». Новые владельцы «Росгосстраха» и его управляющий Николас Фрай ведут изнурительную судебную тяжбу с бывшим владельцем и президентом Данилом Хачатуровым.

По информации «Новых известий», Хачатуров продал бренд «Росгосстрах» незадолго до передачи самой компании под контроль госбанка «Открытие». Впрочем, продал – это сильно сказано: бренд «Росгосстрах» Хачатуров оценил в 2300 раз ниже среднерыночной стоимости, всего 5000 рублей за 1 использование в месяц. И договор купли-продажи, к тому же, предполагает неотчуждаемое обладание активом в течение 7 лет. При таких фантастических условиях «Капитал Лайф Страхование» под брендом «Росгосстрах» за полтора года заработал более 74 миллиардов рублей, сэкономив при этом около 2,5 миллиардов (эти деньги «Росгосстрах» вынужден был записать себе в прямые убытки). А среди бенефициаров обладания активом вполне может оказаться сам Данил Хачатуров – во всяком случае, его брат Сергей вскоре  после перехода «Капитал Лайф Страхование» под контроль ООО «Капитал Лайф» появился среди совладельцев этой компании.

Суды первых двух инстанций вынесли решения не в пользу «Росгосстраха», основываясь на истечении сроков давности по исковым требованиям и на завышенной оценке материального ущерба. Адвокаты компании  считают это решение неправомерным, не учитывающим все правовые нюансы защиты интеллектуальной собственности. Суд третьей инстанции – кассационной – дал «Росгосстраху» определенную надежду, вернув дело в первый суд на пересмотр. В свою очередь, «Капитал Лайф» обжаловал это решение в Верховном суде, который 23 ноября рассмотрел жалобу на заседании  Коллегии по экономическим спорам. Пока члены Коллегии, судьи Хатыпова, Золотова и Киселева, решения по делу не вынесли, отложив это до 3 декабря, но есть основания думать, что это решение будет более компетентным, нежели вердикт суда первой инстанции.